Естественнонаучный вид познания и его структура. Гуманитарное и естественнонаучное знание

Наука - один из древнейших, важнейших и сложнейших компонентов человеческой культуры. Это и целый многообразный мир человеческих знаний, который позволяет человеку преобразовывать природу и приспосабливать ее для удовлетворения своих все возрастающих материальных и духовных потребностей. Это и сложная система исследовательской деятельности, направленная на производство новых знаний. Это и социальный институт, организующий усилия сотен тысяч ученых-исследователей, отдающих свои знания, опыт, творческую энергию постижению законов природы, общества и самого человека.

Наука теснейшим образом связана с материальным производством, с практикой преобразования природы, социальных отношений. Большая часть материальной культуры общества создана на базе науки, прежде всего достижений естествознания. Научная картина мира всегда была и важнейшей составной частью мировоззрения человека. Научное понимание природы, особенно в настоящую эпоху, существенно определяет содержание внутреннего духовного мира человека, сферу его представлений, ощущений, переживаний, динамику его потребностей и интересов.

Слово «естествознание» (естество – природа) означает знание о природе, или природоведение. В латинском языке слову “природа” соответствует слово natura, поэтому в немецком языке, ставшем в 17-19 вв. языком науки, все о природе стали называться "Naturwissenchaft”. На этой же основе появился и термин «натурфилософия» – общая философия природы. В древнегреческом языке слову природа очень близко слово «физис» («фюзис»).

Первоначально все знание о природе действительно относилось к физике (в древности – «физиология»). Так Аристотель (III в. до н.э.) называл своих предшественников «физиками» или физиологами. Физика, таким образом, стала основой всех наук о природе.

В настоящее время имеются два определения естествознания.

1. Естествознание – наука о природе, как о единой целостности.

2. Естествознание – совокупность наук о природе, взятое как единое целое.

Первое определение говорит об одной единой науке о природе, подчеркивая единство природы, ее нерасчлененность. Второе говорит о естествознании как о совокупности, т.е. множестве наук, изучающих природу, хотя в нем и содержится фраза, что это множество следует рассматривать как единое целое.

К естественным наукам относят физику, химию, биологию, космологию, астрономию, географию, геологию и частично психологию. Кроме того, существует множество наук, возникших на стыке названных (астрофизика, физическая химия, биофизика и т.д).

Целью естествознания, в конечном счете, является попытка решения так называемых «мировых загадок», сформулированных еще в конце 19-го века Э. Геккелем и Э.Г. Дюбуа-Реймоном. Вот эти загадки, две из которых относятся к физике, две – к биологии и три – к психологии (рис.1):

Естествознание, развиваясь приближается к решению этих загадок, но возникают новые вопросы, и процесс познания бесконечен. Действительно, наши знания можно сравнить с расширяющейся сферой. Чем шире сфера, тем больше точек ее соприкосновения с неизвестным. Увеличение сферы знания приводит к появлению новых, нерешенных проблем.

Задачей естествознания является познание объективных законов природы и содействие их практическому использованию в интересах человека. Естественнонаучное знание создается в результате обобщения наблюдений, получаемых и накапливаемых в процессе практической деятельности людей, и само является теоретической основой их деятельности.

Предметом естествознания является природа. Природа – это весь материально-энергетический и информационный мир Вселенной. Истоки современного понимания природы уходят в глубокую древность. Первые истолкования природы сложились как миф о возникновении (рождении) мира и его развитии, т.е. космогония. Внутренний смысл этих сказаний выражает переход от неорганизованного хаоса к упорядоченному космосу. Мир в космогониях рождается из природных стихий: огня, воды, земли, воздуха; к ним иногда добавляется пятая стихия – эфир. Все это первичный материал для строительства космоса. Стихии соединяются и разъединяются.

Образ природы рождается и в мифах, и в различных космогониях, и в теогониях (буквально: «рождение богов»). В мифе всегда отражена определенная реальность, в нем образно, в виде фантастических рассказов выражено стремление к познанию явлений природы, общественных отношений и человеческой натуры.

Позже возникла натурфилософия (философия природы), которая, несмотря на сходство космогонических образов, принципиально отличалась от мифологии.

В мифологии наглядно, в символической форме природа изображается как некое пространство, внутри которого разворачивается деятельность божественных и космических сил. Натурфилософия пыталась выразить общий взгляд на природу в целом и подкрепить его доказательствами.

В античной философии природа стала объектом теоретического размышления. Натурфилософия пыталась выработать единый, внутренне непротиворечивый взгляд на природу. Постигая феномен природы, натурфилософия пытается понять ее изнутри, из нее самой, т.е. выявить такие законы существования природы, которые не зависят от человека. Другими словами, постепенно формировался такой образ природы, который по возможности очищался от чисто человеческих представлений, которые зачастую уподобляли природу самому человеку, и потому могли исказить подлинную, самостоятельную жизнь природы. Таким образом, задача заключалась в познании того, какова природа сама по себе, без человека.

Уже первые философы рассматривали такие важные проблемы, которые послужили основой для дальнейшего развития научного познания. К ним относятся такие как: материя и ее структура; атомистика – учение о том, что мир состоит из атомов, мельчайших неделимых частиц вещества (Левкипп, Демокрит); гармония (математическая) Вселенной; соотношения вещества и силы; соотношение органического и неорганического.

У Аристотеля, величайшего философа Древней Греции (IV в. до н. э.), осмыс­ление природы получило уже статус целостного учения. Он отождеств­лял натурфилософию с физикой, изучал вопросы о составе физических тел, видах движения, причинности и др. Аристотель определял природу как жи­вой организм, движимый самоцелью и производящий все многообразие входя­щих в нее объектов, потому что у него есть душа, внутренняя сила – энтеле­хия. Движение Аристотель не сводил только к перемещению в простран­стве, а рассматривал и такие формы, как возникновение и уничтожение, качественные изменения.

В эпоху эллинизма натурфилософия стала опираться не только на философские рассуждения, но и на обширные наблюдения в астрономии, биологии, географии, физике. В эту эпоху появляется сам термин «натурфилософия», который ввел римский философ Сенека. Поскольку в античной философии считалось, что философия должна возвышаться над повседневностью, обыденностью, постольку это обрекало натурфилософию на умозрительность, в ней стали господствовать придуманные схемы и теории.

В средневековой культуре считалось, что природа говорит с людьми на символическом языке божественной воли, так как природа и человек – это творение Бога. Но в последовавшую за средневековьем эпоху возрождения этот взгляд существенно изменился. Натурфилософия разошлась по двум направлениям: 1 – мистика продолжала традицию умозрительных концепций природы; 2 – «магия», из которой постепенно и сформировалась опытная наука – естествознание. Переходу от религиозной картины мира к естественнонаучной способствовало возникновение особого взгляда на мир, получившего название «пантеизма» («всебожие»). Пантеизм – учение о том, что все есть бог; отождествление бога и вселенной. Это учение обожествляет вселенную, создает культ природы, признает бесконечность вселенной и неисчислимое множество ее миров.

Особую роль в создании способов научного, экспериментального изучения природы сыграл Г. Галилей, утверждавший, что книга природы написана треугольниками, квадратами, кругами и т.п.

С формированием науки и методов естествознания, в 17-18 вв. натурфилософия существенно изменилась. И. Ньютон, создатель механической картины мира, понимал под натурфилософией теоретическое, математически выстроенное учение о природе, «точную науку о природе». В этой картине мира природа отождествлялась с часовым механизмом.

В науковедении и философии дискуссии о том, есть ли различные виды знания – гуманитарное и естественнонаучное, есть ли кардинальные различия между науками гуманитарными и естественнонаучными, ведутся до сих пор.

Со времен научной активности баденской школы неокантианства, в представления о видах наук вошли положения о том, что естественные науки изучают объективные предметы, и их целью является описание общего, типичного, универсального (поиск законов природы), а гуманитарные науки познают проявления человеческого духа, субъективность и уникальность человеческой жизни. Среди мыслителей, противопоставлявших естественные и гуманитарные науки, следует в первую очередь назвать В. Дильтея, который считал, что науки о природе (Naturwissenschaften) имеют дело с «безгласными» вещами, и закономерности их бытия следует объяснять (Erklärung), то есть подводить все индивидуальные случаи под общие законы, тогда как науки о духе (Geisteswissenschaften)имеют дело с душевной жизнью человека (переживания, ценности, интенции и др.) и нужно понимание (Verständnis) каждого случая, «вживание» в духовные переживания человека («Природу мы объясняем, а душевную жизнь понимаем»). Нужно вспомнить и В. Виндельбанда, предложившего уже упоминавшиеся идеографический и номотетический подходы в науке. Он писал о том, что в науках естественных исследуются природные объективные закономерности и выявляется общее, универсальное, а в гуманитарных науках изучаются проявления духа, (значимые исторические события, жизнь великих деятелей, гениальные литературные произведения и т. п.) ценности жизни человека и описывается субъективное, определяется уникальное, единичное («Закон и событие останутся рядом друг с другом как несоизмеримые величины нашего понимания мира»).

Сегодня общепринятым стали представления о том, что гуманитарные и естественные науки различаются в первую очередь объектами: гуманитарные науки изучают человека, а естественные – природу. Некоторые исследователи говорят о социально-гуманитарных науках, в которых изучаются проявления социального поведения человека. Гуманитарной наука становится, когда ставит в центр всех проблем человека, гуманитарно-социальной – когда рассматриваются его проявления в обществе, в культуре. Следует подчеркнуть, что между гуманитарной и гуманитарно-социальной наукой нет резкой границы: каждый человек формируется, существует, реализуется, только во взаимодействии, в диалоге с другим человеком, с культурой, как совокупностью артефактов, произведений, норм, ценностей, идеалов.

Конечно, именно различие объектов (человек – природа) и проблем, возникающих в ходе их изучения, в конечном итоге делает науки естественными или гуманитарными. Можно сказать, что естественные науки изучают природу в человеке, гуманитарные – человека в природе. Проблемы наук естественных заключаются в ответах на вопросы существования мира материального, в пределе – космоса. Проблемы, которые рассматриваются в гуманитарных науках связаны с человеком как космосом, со смыслом жизни, с объяснением внутренних механизмов сознания, обусловливающего чувствования, стремления, возможности, ограничения, поведение любого из нас.

Однако до сих пор нет четкого отделения этих наук друг от друга по критерию различения объектов: анатомия человека, медицинские науки, экономика и др., хотя и изучают человека, не относятся по общему правилу к гуманитарным, а попытки четко отделить эти науки друг от друга, особенно на уровне наук прикладных, или в виде образовательных дисциплин, как правило, неудачны. Особенно заметно это в образовании. Так, по Общероссийскому классификатору специальностей по образованию ОК 009-2003к укрупненной группе «Гуманитарные науки» относятся, помимо прочих, книжное и издательское дело, документоведение, физическая культура и спорт и др.

Более обосновано суждение о том, что разница между гуманитарными и естественными науками пролегает не только и не столько в объектах, но в предметах, проблемах, задачах, методах этих наук, в характеристиках знания, которое получают в этих науках и способах его использования обществом. Действительно, можно утверждать, что на естественные и гуманитарные делятся не науки, а виды знания и способы его получения. И человек может быть объектом естественной науки, но человек частичный, взятый как единица отчужденного от самого человека процесса. В гуманитарных же науках человек рассматривается в его сущностных проявлениях, существующих как продукты эволюции культуры. Науки естественные ищут механизмы и действия, обусловленные природой, гуманитарные – человеческие причины и человеческие смыслы. Это особенно ярко заметно при рассмотрении познавательных установок исследователей. Ю.А. Агафонов точно подметил: исследователь с установками на естественно научное познание угадывает «правила», которыми руководствуется природа, он открывает законы, отвечая на вопрос «Почему?»; гуманитарий же выдвигает теории, ориентируясь только на логическую целостность теории и признание ее в научном сообществе, приписывая изучаемой реальности смысл, и отвечая на вопрос «Зачем?» .Идеал «естественника» – истина о том, что от нас не зависит: для ученого нет идеалов; для гуманитария важнее ценность наличия собственного идеала, не только в познании, но и в жизни.

Целью всех наук является получение истинных знаний о мире, охватывающее и внешний мир (природа, космос, общество), и внутренний мир человека, однако на уровне метапредметном эти области различаются как материальные и идеальные, при этом идеальное составляет внутренний мир человека, содержание его сознания. Целью наук естественных является открытие объективной истины, не зависящей от человека, гуманитарных – истин субъективных, которые открываются только в процессе поиска смысла, «приписывания» смысла человеческим деяниям, личности.

Различие объектов, целей и возникающих при их изучении проблем, влечет за собой различия методов исследования и характера знания. Методы естественных наук призваны объяснить закономерности возникновения и существования явлений мира, улучшить бытие индивида и общества, гуманитарных – понять, сопережить, сделать своим, чтобы уяснить смыслы своего существования. Человек в гуманитарной науке обращается к себе, объясняет себе себя же, знания здесь изначально носят диалоговую форму, а методы их получения связаны с интерпретацией определенных проявлений человека, включая его поведение и созданные произведения, тексты, артефакты. В определенном отношении можно сказать, что предмет каждой естественной науки имеет единственный смысл, гуманитарной – изначально множественен в охвате смыслов человека, а знание, добываемое из испытаний, и знание, добываемое из самодвижения человеческого духа, изначально имеют различную основу. Поэтому теоретическое знание естественных наук тяготеет к однозначности, бесстрастности, в нем явно выражен поиск единственно верного утверждения, стремление формулировать, объяснять, и описывать это утверждение. Теоретическое знание наук гуманитарных тяготеет к знанию интерпретационному, метафоричному, страстному. Естественнонаучное знание тяготеет к прагматичнойпользе людей, гуманитарное – к ценностям, смыслу человеческого существования. Гуманитарное знание – знание не только о самом человеке, но и о том, что сделано и делается человеком, что создано человеком. А значит – субъективно, пристрастно, зависит от позиции исследователя.

Трудности с исчерпывающим определением сущности гуманитарного знания существуют потому, что сложны параметры изучаемых процессов, зачастую уловить их можно только обозначив приблизительную область и направление. Поэтому большинство гуманитарных областей знания существуют не только в виде науки – они могут быть и идеологией, и искусством, и философией. Именно философское знание, как знание гуманитарное, объясняет и интерпретирует и знание естественнонаучное, выявляет его характеристики. Осмысление развития научного знания, независимо от его «естественности» или «неестественности» показывает, что течения и теории, парадигмы и подходы, различные посвоим методологическим основам, могут не противопоставляться, а сопрягаться в усилиях понять человека и поддержать его в совершенствовании. Знание может существовать и как результат сопоставления различных точек зрения, как определенная «взвесь», в которой совмещается научное и художественное, образное и понятийное, многозначное и однозначное. Орудие наук гуманитарных – слово, великое слово, рожденное в душе человека и обращенное к душе человека, слово, выстраивающее гармонию мира из фрагментов хаоса, слово, построенное по меркам красоты, добра, любви – великих ценностей, спасающих душу перед лицом жизни и смерти.Именно в гуманитарных науках сохраняется целостность знания человечества. С точки зрения наук естественных античные воззрения на мир – давно опровергнутые мифы, а науки гуманитарные видят здесь целостность подхода к объяснениям, утерянную в дроблении знания на научное и религиозное, целостность, сохраняющую свою ценность и сейчас.

Сегодня гуманитарное знание переживает не лучшие времена: под термином «наука» понимают в основном науки естественные и технические, а гуманитарные науки существуют как бы на обочине научного прогресса. Мнение о превосходстве естественных наук над «неестественными», господствующее сегодня в массовом сознании (и кажущееся естественным), – следствие действия двух основных факторов: господство утилитаристских представлений о предназначении науки и преобладание в общественном сознании позитивистских установок на полную объективность и точность научного знания.

Утилитаристский подход к науке выражается в убеждении о том, что научные знания нужны только для того, чтобы приносить пользу человеку через свои продукты – новые материалы для строительства, дорог, одежды, механические и электронные устройства, способы лечения болезней, генное усовершенствование живого (от растений до самого человекаи т.п.). Такое отождествление всех наук с науками прикладными порождается основной мотивационной установкой общества потребления – получить все блага и удовольствия сейчас и сразу, без усилий, а погружение в глубины и высоты знаний не нужно, бесполезно, бессмысленно. В обществе исчезает душевный трепет перед научнымзнанием, начинает казаться, что любые знания – это набор рецептов, о том, как действовать здесь и сейчас, а сами знания чуть ли не отождествляются с информацией, хранящейся в словарях и энциклопедиях, и эту информацию можно просто выучить для осуществления успешных действий. Сегодня гуманитарий, как человек, размышляющий над нравственными и духовными проблемами, человек, которого волнуют проблемы души человека и судеб человечества кажется чудаком и «лузером», неуспешным, прозябающим на задворках общественной жизни. Ярким примером утилитаристского использования гуманитарного знания является то, что его ставят на службу самых манипулятивных социальных практик: рекламы, маркетинга, имиджмейкинга, политического PR и т.п. Гуманитаристику встраивают в рыночную экономику, отдельные стороны гуманитарного знания превращаются в прикладные, нравственно и ценностно нейтральные товары и услуги.

Не менее негативную роль играет и преобладание в общественном сознании позитивистских установок на то, что всякое научное знание должно быть полностью объективным и точным, что впрямую связано с убеждением о важности знаний о физических явлениях и «неважности» познания человека для «победы над природой». Следует напомнить, что противоположное мнение существует в европейской мысли еще со времен греческих мудрецов («познай самого себя»). Можно вспомнить Аристотеля с его убеждением о том, что метафизика – важнее и сложнее физики, Петрарку, который говорил: «Тот не мудрец, кто себя не знает» и слова других великих мыслителей, понимающих важность гуманитарного знания.

Точны ли гуманитарные науки? Представители наук естественных («точных») часто, упрекая гуманитарные науки в «размытости», неточности, вспоминают шуточное суждение Л.Д. Ландау, высказанное им в неформальной обстановке: «все науки делятся на "сверхъестественные" (физика, математика), "естественные" (биология, химия) и "неестественные" (гуманитарные)». Между тем, в этом высказывании есть и доля истины: гуманитарные науки «неестественны», поскольку не ставят в центр исследований материальные свойства явлений, их естество. Именно поэтому само понятие точности в его «натуральном» понимании в гуманитарных науках неприменимо. М.М. Бахтин, обращаясь к точности и глубине в гуманитарных науках, отмечал: «Пределом точности в естественных науках является идентификация (а = а). в гуманитарных науках точность – преодоление чуждости чуждого без превращения его в чисто свое (подмены всякого рода, модернизация, неузнавание чужого и т.п.)» .

Какова же роль гуманитарного знания в современном обществе, и каково его возможное будущее? Главная цель гуманитаристики сегодня – поиск способов интеграции всех видов знаний для развития духовности человека, способного самосовершенствоваться, системно и разумно решать проблемы, встающие перед человеком и человечеством. Успехи в развитии техники, обеспеченными естественными науками достигли того уровня, когда человечество подошло вплотную к границам своего существования. Нужно искать решение проблем, которые под силу только наукам гуманитарным: для чего живет человек? Какова сущность и границы свободы человека? Как сделать свою жизнь осмысленной? Каково будущее человека и человечества? Дает ли богатство счастье? Гуманитарные науки нужны каждому, чтобы осмысленнее организовать свою жизнь, нужны обществу, чтобы сохраняться и развиваться. Если человечеству суждено развиваться гармонично, то именно гуманитарное знание – основа перехода от общества потребления к обществу духовных людей, для которых честь, совесть, достоинство – те жизненные ценности, которые невозможно нарушить, невозможно продать за деньги, славу, власть.

Информационно-компьютерная революция, глобализация всех сторон жизни человечества приводят к противоречивым результатам – с одной стороны увеличивается состояние единства человечества, с другой – исчезают национальные и территориальные традиции, уходят в прошлое сложившиеся виды взаимодействия различных культур. Можно сказать, что связи между людьми становятся одновременно широкими и узкими: можно общаться с жителем другого континента и одновременно не знать, кто живет этажом выше или ниже (или даже на одной лестничной клетке). Поэтому глупо думать, что сегодня в обществе потребления гуманитарные проблемы будут волновать всех: большинству людей всегда кажется, что в этом мире все понятно и просто, что любой знает, что значит жить хорошо и правильно. Но всегда остаются те, кто мыслит от лица культуры, кого эти проблемы волнуют (ни одно общество не может быть таким, что все его члены озабочены только потреблением), интерес к человеку был всегда, и будет всегда, сколько существует человечество.

Конечно, наука едина, и нельзя говорить, какие науки важнее – естественные или гуманитарные. Между ними постоянно идет обмен знаниями: программное обеспечение математического (в первую очередь компьютеризированного) моделирования поведения и мышления людей во многом стало возможным благодаря психологическим исследованиям интеллекта, физиологи, изучая деятельность органов и движений человека, вынуждены всегда учитывать психологические закономерности.

И все-таки пока два вида наук развиваются относительно независимо. Методология гуманитарных исследований всегда имеет общие черты, отличающие их от методологии наук естественных. Сложился определенный круг подходов при организации эмпирических исследований, в которых используются сходные принципы и методы. В ее рамках обычно не ставится вопрос о сходстве или различии методологий в гуманитарных исследованиях. Например, австралийский профессор Кумар (Технологический Университет Кертина, Австралия) в своем учебнике по исследовательской методологии исходит из того, что такая методология преподается как дисциплина, поддерживающая прикладные исследования во всехвидах гуманитарного знания: в медицине, образовании, психологии, социальной работе, медсестринском деле, здравоохранении, библиотековедении и маркетинговых исследованиях .Любые педагогические и психологические теории, в силу их гуманитарного содержания, всегда (хотя, часто и не осознанно) ориентированы на определенный идеал человека. В психологии такой идеал нужен для определения «хорошего» и «плохого», «высшего» и «низшего» в психике, прогресса и регресса в развитии личности, для объяснения генезиса психических процессов и свойств. Педагогика также не может существовать, если ее знания не основаны на ориентирах, указывающих идеал человека, цели и лучшие, нравственно обоснованные методы деятельности педагога.

Итак, знание, получаемое и используемое в педагогике и психологии – знание гуманитарное, оно важно для развития человечества, общества, каждого человека. Однако только ли к гуманитарным наукам относится каждая из этих дисциплин?

1.3.5. Методологические основы психологии и педагогики: общее и особенное

Общие характеристики наук

Говоря об общих характеристиках психологи и педагогики, нужно в первую очередь отметить, что их объединяет их объект – человек.Конечно, на «лестнице» наук, педагогика стоит гораздо «ниже» психологии: она не решает глобальной проблемы происхождения и законов существования человека и его сознания, она ищет ответ на вопрос о том, что нужно делать, чтобы человек развивался в направлении раскрытия всех своих возможностей, и чтобы общество через каждого человека было высококультурным и развивалось. Однако, педагогика масштабнее по постановке философских вопросов существования человека и общества: она по определению связана с активным взаимодействием с миром, с «ведением» человека к смыслу его существования.

Педагогика не распространяется на все области жизнедеятельности человека, а имеет дело с ним только в отношении его целенаправленного развития. Это наука об организации деятельности, обеспечивающей во взаимоотношениях человека, социума, культуры эффективное формирование знаний, умений и навыков, обеспечивающих социализацию и индивидуализацию человека.Конечно, по своему предмету педагогика уже психологии, стремящейся охватить понимание человека во всех его связях, отношениях, во всей его деятельности.

Связь исследований в педагогике и психологии обусловлена необходимостью изучения человека в условиях изменения самого типа культуры, включая нормы и ценности, потребностей людей, способов осуществления деятельности, ее методов и средств. Для обеих наук важно, что меняется идеал человека (а значит), социальные ценности, этапы созревания личности, значит, должно меняться и воспитание и представления о личности как носителе психики.

  • Воистину, когда его читают тем, кому прежде было даровано знание, они падают ниц, касаясь земли своими подбородками
  • Вопрос 31. Правосознание: понятие, структура, виды. Правосознание и правовое поведение
  • Вопрос 34. Профессиональное правосознание. Проблема профессиональной деформации

  • Естественные и гуманитарные науки.

    Наука занимается изучением объективно существующих (т.е. существующих независимо от чьего-либо сознания) объектов и явлений природы. Вопрос о том, существует ли окружающий нас мир сам по себе или он является продуктом деятельности разума (принадлежащего некому высшему существу или каждому конкретному индивиду) составляет суть т.н. основного вопроса философии, классически формулируемом в виде дилеммы о первичности материи или сознания. В зависимости от ответа на основной вопрос философы подразделяются на материалистов (признают объективное существование окружающего нас мира, возникшего в результате саморазвития материи), объективных идеалистов (признают объективное существование мира, возникшего как результат деятельности высшего разума) и субъективных идеалистов (считают, что окружающий нас мир не существует реально, а есть плод воображения отдельного индивида) . По-видимому невозможно дать экспериментально обоснованного ответа на основной вопрос философии, хотя большинство естествоиспытателей являются приверженцами материалистических концепций.

    Все существующие научные дисциплины условно (любая классификация носит приближенный характер и неполно отражает истинную суть вещей!) разделены на две основные группы: естественнонаучные (занимаются изучением объектов природы и явлений, не являющихся продуктом деятельности человека или человечества) и гуманитарные (изучают явления объекты, возникшие как результат деятельности человека).

    Настоящий курс посвящен обзору важнейших концепций современного естествознания.

    Уровни организации материи и иерархия естественно научных знаний. Окружающие нас объекты природы имеют внутреннюю структуру, т.е. в свою очередь сами состоят из других объектов (яблоко состоит из клеток растительной ткани, которая сложена из молекул, являющихся объединениями атомов и т.д.). При этом естественным образом возникают различные по сложности уровни организации материи: космический, планетарный, геологический, биологический, химический, физический. Представители естественных наук, занимающиеся изучением объектов какого-либо уровня могут достичь их полного описания лишь основываясь на знаниях более “низкого” (элементарного) уровня (невозможно понять законы жизнедеятельности клетки, не изучив химизм протекающих в ней реакций). Однако реальные возможности каждого отдельного исследователя весьма ограничены (человеческой жизни недостаточно не только для того, чтобы плодотворно заниматься изучением сразу нескольких уровней, но даже заведомо не хватает на сколько-нибудь полное освоение уже накопленных знаний о каком-то одном). Из-за этого возникло деление естественно научных знаний на отдельные дисциплины, примерно соответствующие вышеперечисленным уровням организации материи: астрономию, экологию, геологию, биологию, химию и физику. Специалисты, работающие на своем уровне, опираются на знания смежных наук, находящихся ниже по иерархической лестнице. Исключение составляет физика, находящаяся на “самом нижнем этаже” человеческих знаний (“составляющая их фундамент”): исторически сложилось так, что в ходе развития этой науки обнаруживались все более “элементарные” уровни организации материи (молекулярный, атомный, элементарных частиц...), изучением которых по-прежнему занимались физики.

    Естественные науки различных уровней не обособлены друг от друга. При изучении высокоорганизованных систем возникает естественная потребность в информации о составляющих их элементах, предоставляемой дисциплинами “более низких” уровней. При изучении же “элементарных” объектов весьма полезны знания о их поведении в сложных системах, где при взаимодействиях с другими элементами проявляются свойства изучаемых. Примером взаимодействия наук разных уровней может служить разработка Ньютоном классической теории тяготения (физический уровень), возникшей на основе законов движения планет Кеплера (астрономический уровень), и современные концепции эволюции Вселенной, немыслимые без учета законов гравитации.

    Естественные науки, находящиеся на нижних этажах иерархической лестницы, несомненно проще вышестоящих, поскольку занимаются более простыми объектами (строение электронного облака атома углерода, несомненно “проще пареной репы”, содержащей множество атомов с такими облаками!). Однако, именно из-за простоты изучаемых объектов науки нижних уровней сумели накопить гораздо больше фактической информации и создать более законченные теории.

    Место математики среди естественных наук.

    Обсуждавшаяся выше структура естествознания не содержит математики, без которой невозможна ни одна из современных точных наук. Это связано с тем, что сама математика не является естественной наукой в полном смысле этого понятия, поскольку не занимается изучением каких-либо объектов или явлений реального мира. В основе математики лежат аксиомы, придуманные человеком. Для математика не имеет решающего значения вопрос, выполняются ли эти аксиомы в реальности или нет (напр. в настоящее время благополучно сосуществует несколько геометрий, основанных на несовместных друг с другом системах аксиом).

    Если математика заботит лишь логическая строгость его выводов, делаемых на основе аксиом и предшествующих теорем, естествоиспытателю важно, соответствует ли его теоретическое построение реальности. При этом в качестве критерия истинности естественнонаучных знаний выступает эксперимент, в ходе которого осуществляется проверка теоретических выводов.

    В ходе изучения свойств реальных объектов часто оказывается так, что они приближенно соответствуют аксиоматике того или иного раздела математики (напр. положение небольшого тела можно приближенно описать, задав три его координаты, совокупность которых можно рассматривать как вектор в трехмерном пространстве). При этом ранее доказанные в математике утверждения (теоремы) оказываются применимыми к таким объектам.

    Кроме сказанного, математика играет роль очень лаконичного, экономного и емкого языка, термины которого применимы к внешне совершенно разнородным объектам окружающего мира (вектором можно назвать и совокупность координат точки, и характеристику силового поля, и компонентный состав химической смести, и характеристику экономико-географического положения местности).

    Очевидно, что более простые объекты нашего мира удовлетворяют более простым системам аксиом, следствия из которых математиками изучены более полно. Поэтому естественные науки “низших” уровней оказываются более математизированными.

    Опыт развития современного естествознания показывает, что на определенном этапе развития естественно научных дисциплин неизбежно происходит их математизация, результатом которой является создание логически стройных формализованных теорий и дальнейшее ускоренное развитие дисциплины.

    Приближенный характер естественнонаучных знаний.

    Несмотря на то, что естественные науки часто называют точными, практически любое конкретное утверждение в них носит приближенный характер. Причиной этого является не только несовершенство измерительных приборов, но и ряд принципиальных ограничений на точность измерений, установленных современной физикой. Кроме того, практически все реально наблюдаемые явления столь сложны и содержат такое множество процессов между взаимодействующими объектами, что их исчерпывающее описание оказывается не только технически невозможным, но и практически бессмысленным (человеческое сознание способно воспринять лишь весьма ограниченный объем информации). На практике исследуемая система сознательно упрощается путем ее замены моделью, учитывающей только самые важные элементы и процессы. По мере развития теории модели усложняются, постепенно приближаясь к реальности.

    Основные этапы развития естествознания могут быть выделены, исходя из различных соображений. По мнению автора, в качестве основного критерия следует рассматривать доминирующий среди естествоиспытателей подход к построению их теорий. При этом оказывается возможным выделение трех основных этапов.

    Естествознание древнего мира. Завершенного деления на дисциплины не существовало, создаваемые концепции в своем большинстве носили мировоззренческий характер. Экспериментальный метод познания в принципе допускался, но роль решающего критерия истинности эксперименту не отводилась. Верные наблюдения и гениальные обобщающие догадки сосуществовали с умозрительными и часто ошибочными построениями.

    Классический период развития естествознания берет свое начало с экспериментальных работ Галилея (18 век) и длится до начала нашего столетия. Характеризуется четким разделением наук на традиционные области и даже несколько гипертрофированной ролью эксперимента в их развитии (“понять- значит измерить”). Эксперимент рассматривается не только как критерий истинности, но и как основной инструмент познания. Вера в истинность экспериментально добытых результатов столь велика, что их начинают распространять на новые области и проблемы, где соответствующей проверки не производилось. При обнаружении расхождений так создаваемых концепций с реально наблюдаемыми явлениями неизбежно возникало недоумение, граничащее с попытками отрицания самой возможности познания окружающего мира.

    Современное естествознание характеризуется лавинообразным накоплением нового фактического материала и возникновением множества новых дисциплин на стыках традиционных. Резкое удорожание науки, особенно экспериментальной. Как следствие - возрастание роли теоретических исследований, направляющих работу экспериментаторов в области, где обнаружение новых явлений более вероятно. формулировка новых эвристических требований к создаваемым теориям: красоты, простоты, внутренней непротиворечивости, экспериментальной проверяемости, соответствия (преемственности). Роль эксперимента, как критерия истинности знания, сохраняется, но признается, что само понятие истинности не имеет абсолютного характера: утверждения, истинные при определенных условиях, при выходе за границы, в рамках которых проводилась экспериментальная проверка, могут оказаться приближенными и даже ложными. Современное естествознание утратило присущую классическим знаниям простоту и наглядность. Это произошло главным образом из-за того, что интересы современных исследователей из традиционных для классической науки областей переместились туда, где обычный “житейский” опыт и знания об объектах и происходящих с ними явлениях в большинстве случаев отсутствуют.

    Настоящий курс посвящен современным концепциям естествознания, неотделимым от знаний, накопленных в классический период развития наук. Его структура не отражает традиционного разделения знаний на отдельные дисциплины, а скорее следует историческому ходу развития основных мировоззренческих идей, берущих свое начало в наиболее фундаментальной из естественных наук - физике.

    Список литературы

    Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://study.online.ks.ua/


    Репетиторство

    Нужна помощь по изучению какой-либы темы?

    Наши специалисты проконсультируют или окажут репетиторские услуги по интересующей вас тематике.
    Отправь заявку с указанием темы прямо сейчас, чтобы узнать о возможности получения консультации.

    С конца XX в. бытуют два противоположных подхода к оценке роли науки в развитии общества, его материальной и духовной культуры. Представители обоих направлений высоко оценивают роль науки.
    Различие между ними заключается в качественном понимании этой роли. Если сторонники научно-технической революции, так называемые сциентисты (от англ. science - наука), подчеркивают значительную положительную, преобразующую роль науки, то гуманистически настроенные мыслители акцентируют внимание на тех негативных явлениях, которые, по их мнению, порождаются прогрессом научного и технического знания и внедрением научно-технических новаций во все сферы жизни. Соответственно этому основному различию во взглядах сциентистов и антисциентистов (“гуманистов”) на науку как социальное явление различаются и оценки ими роли гуманитарных, общественных и естественных наук в жизни общества, в системе образования и воспитания, в формировании духовной культуры. Всемерно подчеркивая позитивное влияние философии, гуманитарных наук, искусства и литературы на общественный прогресс, многие представители художественной интеллигенции нигилистически воспринимают усилия естествоиспытателей и представителей техникознания по осмыслению закономерностей природы и их использованию на благо человечества. Наличие двух ветвей духовной жизни современного общества было замечено известным английским писателем и ученым Ч. П. Сноу. Сноу отмечал разделение научного сообщества на две полярно противостоящие группировки:
    “Итак, на одном полюсе - художественная интеллигенция, на другом - ученые, и как наиболее яркие представители этой группы - физики. Их разделяет стена непонимания, а иногда - особенно среди молодежи - даже антипатии и вражды. Но главное, конечно, непонимание. У обеих групп странное, извращенное представление друг о друге. Они настолько по-разному относятся к одним и тем же вещам, что не могут найти общего языка даже в плане эмоций. Те, кто не имеет отношения к науке, обычно считают ученых нахальными хвастунами”.
    В отечественном интеллектуальном сообществе также было замечено имеющееся разделение между естественнонаучной и гуманитарной его частью, что нашло отражение в дискуссии 1960-х гг. “физиков и лириков”.
    Создание гуманитарных факультетов и кафедр в технических и естественнонаучных вузах было продиктовано стремлением преодолеть недостатки узкоспециального образования и повысить культурный уровень представителей технических специальностей и естествоиспытателей. При этом молчаливо предполагалось, что специальные естественнонаучные и технические дисциплины не несут никакой культурной “нагрузки”. Такой подход означал на деле абсолютное противопоставление науки и культуры, а также принижение роли естественных и технических наук по сравнению с гуманитарными науками, искусством и художественной литературой. Делавшиеся при этом ссылки на работу Сноу давали превратное ее толкование. Если Сноу отмечал серьезное отставание гуманитарной культуры от понимания сущности и последствий научно-технической революции, то гуманитарии стремились использовать его работу для компрометации естественных и технических наук, для формирования пренебрежительного отношения к ним, для отрицания гуманистического и философского значения этих наук.
    Цивилизация и ее техническая основа при этом рисуются обычно как нечто давящее на природу и человечество, чудовищно громоздкое и тяжелое. Одним из современных авторов, чутко воспринимавшим дух нашего времени, она ощущалась, например, как существующая “в децибелах заглушек и шумов нашей радиоэлектрической, железобетонной, нефтегазоносной, визжащей транзисторами и тормозами, грохочущей сталью колес и гусениц мегатонной цивилизации”. Можно заметить, что хотя такое восприятие индустриальной цивилизации и имеет под собой веские основания, все же оно односторонне, поскольку не учитывает тенденций миниатюризации (нанотехнологии), биологизации, информатизации и т. п. в современном техническом развитии. При восприятии техники как “грохочущей и мегатонной” совершенно упускают из вида, что между неорганической природой и миром идей и ценностей человека находится мир живого, тесно связанный как с неорганической природой, так и с мирами человека.
    На защиту естественнонаучного и технического знания встали представители этих наук и философы, эрудированные в области естествознания и техники. В работах H. Н. Семенова, В. А. Энгельгардта, Р. С. Карпинской, И. Т. Фролова, H. Н. Моисеева и многих других была обоснована необходимость не только гуманитаризации технических и естественных наук, но и натурализации гуманизма. Знакомство с философией природы необходимо для выработки целостного восприятия мира:
    “Будущие естествоиспытатели и “технари” способны получить навыки целостного восприятия мира, если этот мир не сводится к совокупности вещей, их свойств и отношений, а представляется “человекоразмерным”, включающим в себя самого человека. Гуманизация естествознания и технических наук создает сопротивление отрицательным последствиям узкой специализации, способствует развертыванию творческого потенциала личности. Не менее важна философия природы для гуманитариев, сплошь и рядом замыкающихся на своих традиционных подходах к человеку как сугубо социальному существу. В настоящее время безрассудно игнорировать научные данные о природных основах человеческого бытия, а также новейшие направления естественнонаучного исследования, непосредственно выходящие на проблему человека. Зачем гуманитарию естествознание и зачем естествоиспытателю, “технарю” философия человека - эти вопросы должны пронизывать все уровни образования, все его формы”. Возрождение философии природы и ее модернизацию авторы цитируемой коллективной работы видят в использовании идей и принципов коэволюционного подхода к широкому кругу эволюционных проблем: к эволюции природы (биологических видов), к исследованию проблем глобального развития, при анализе сопряженности биологической и культурной эволюции, взаимосвязи в историческом развитии естественнонаучных и философских знаний.
    Абсолютизация противостояния науки и культуры, естественных и социогуманитарных наук - это отражение кризисных явлений в развитии мирового сообщества. Эти кризисные явления суть геополитические, социально-экономические, энергетические, демографические, экологические сложности и противоречия, получившие название глобальных проблем современности и обусловившие необходимость осмысления, разработки и проведения в жизнь стратегии и тактики их решения для обеспечения устойчивого развития мирового сообщества. В нашей стране дополнительно к отмеченным обстоятельствам противопоставление науки и культуры, научного и гуманистического подходов к проблемам общественного развития стимулировалось коренной трансформацией российского общества, сопровождающейся кризисным состоянием социогуманитарных наук.
    Долгое время в отечественной литературе основное внимание в изучении философских вопросов конкретных наук обращается преимущественно на их методологические проблемы. Саму методологию в этом случае толкуют главным образом как область, производную от гносеологии. Тем самым отдается должное активности человека, активности процесса познания. При этом оставляют в тени активность природы, ярко проявляющуюся в ее ответных (в подавляющем большинстве негативных) реакциях на антропогенные воздействия. Между тем современные кризисные ситуации требуют большего внимания к онтологическим (бытийным, может быть, лучше сказать, к оптическим) аспектам методологии. Сегодня в противовес односторонне истолкованному марксистскому тезису - “Бытие определяет сознание” - выдвигают такой же односторонний - “Сознание определяет бытие”. Однако сознание необходимости блага для народа, его благосостояния, преуспевания, здоровья, а равным образом и разговоры об этом сами по себе не способны удовлетворить ни материальные, ни духовные потребности. Мысли и отвлеченные разговоры об этом (в думе, правительстве, президентских структурах) есть занятия такого рода, которыми, согласно известному изречению, “вымощена дорога в ад”.
    Плодотворность и действенность методологии выражаются в ее способности на основе осмысления закономерностей актуальной действительности прогнозировать и проектировать возможные будущие состояния развивающихся систем. В этом смысле методология близка к технологии. Это и есть своего рода технология творческого мышления.
    Характеризуя естественнонаучную культуру, Ч. П. Сноу отмечает, что она существует как “определенная культура не только в интеллектуальном, но и в антропологическом смысле. Это значит, что те, кто к ней причастен, не нуждаются в том, чтобы полностью понимать друг друга, что и случается довольно часто. Биологи, например, сплошь и рядом не имеют ни малейшего представления о современной физике. Но биологов и физиков объединяет общее отношение к миру; у них одинаковый стиль и одинаковые нормы поведения, аналогичные подходы к проблемам и родственные исходные позиции. Эта общность удивительно широка и глубока. Она прокладывает себе путь наперекор всем другим внутренним связям: религиозным, политическим, классовым”.
    Взаимное встречное движение в различных отраслях естествознания выражается в интегративных тенденциях различных его отраслей, в образовании “гибридных” (биохимия, биофизика, биогеохимия, молекулярная биология и т. п.) и общетеоретических наук (кибернетика, информатика, синергетика). В процессе исторического развития естествознания меняется роль отдельных его ветвей в общем прогрессе естествознания.
    “С конца XIX века и примерно до 60-х или 70-х годов ХХ века физика была, можно сказать, первой наукой, главной, доминирующей. Конечно, всякие ранги в науке условны, и речь идет лишь о том, что достижения физики в указанный период были особенно яркими и, главное, в значительной мере определяли пути и возможности развития всего естествознания. Развитие физики привело в середине ХХ века к известной кульминации - овладению ядерной энергией и, к великому сожалению, созданию атомных и водородных бомб. Полупроводники, сверхпроводники, лазеры - все это тоже физика, определяющая лицо современной техники и тем самым, в значительной мере, современной цивилизации. Но дальнейшее развитие фундаментальной физики, основ физики и, конкретно, создание кварковой модели строения вещества - это уже физические проблемы, для биологии и других естественных наук непосредственного значения не имеющие. В то же время биология, используя в основном все более совершенные физические методы, быстро прогрессировала и после расшифровки в 1953 году генетического кода начала особенно бурно развиваться. Сегодня именно биология, особенно молекулярная биология, заняла место лидирующей науки”.
    В. Хесле, один из современных известных немецких философов, занимающийся философскими вопросами экологии, отмечает в своих лекциях, что “без философии техники и хозяйства мы не сможем понять сущность экологического кризиса. Впрочем, гораздо труднее осознать то обстоятельство, что триумфальный путь хозяйственно-технического мышления отмечен определенными гуманитарно-историческими вехами, определенными метафизической программой нового времени. Признание данного факта является непреходящей заслугой Хайдеггера, начиная с которого философия истории философии и науки образуют необходимую часть философии экологического кризиса. Однако же эта дисциплина не вправе ограничиваться лишь констатацией метафизического измерения опасности и ее генезиса. В самом деле, теоретизирующее самоограничение было бы настоящим бедствием в том случае, если философия действительно несет долю ответственности за начавшийся процесс развития”. Продолжая эту мысль, Хесле акцентирует внимание читателя на том, что “одной из основных потребностей нашего времени является потребность в философии природы, которая могла бы сочетать автономию разума с самодовлеющим достоинством. Из сказанного становится ясным, что созданию философии экологического кризиса должны способствовать самые различные, если не все философские дисциплины, а именно: метафизика, философия природы, антропология, философия истории, этика, философия хозяйства, политическая философия, философия истории философии... Раздробление знания привело к упадку философии и нынешнему экологическому кризису, тогда как понимание того, что лишь цельное образование, дающее одинаково глубокие знания в науках естественных и гуманитарных и тем самым способствующее появлению людей, которые внесут свой вклад в дело преодоления кризиса, косвенно пойдет на пользу и философии”.
    Итак, ряд отечественных и зарубежных исследователей подчеркивают необходимость возрождения и развития философии природы как существенного компонента культуры, ее мировоззренческое, методологическое и практическое значение.
    Естествознание - один из важнейших элементов культуры, глубокое знакомство с историей и основными достижениями которого является существенным элементом философской культуры специалиста.

    Система естественно-научных знаний

    Естествознание является одной из составляющих системы современного научного знания, включающей также комплексы технических и гуманитарных наук. Естествознание представляет собой эволюционирующую систему упорядоченных сведений о закономерностях движения материи.

    Объектами исследования отдельных естественных наук, совокупность которых еще в начале XX в. носила название естественной истории, со времени их зарождения и до наших дней были и остаются: материя, жизнь, человек, Земля, Вселенная. Соответственно современное естествознание группирует основные естественные науки следующим образом:

    • физика, химия, физическая химия;
    • биология, ботаника, зоология;
    • анатомия, физиология, генетика (учение о наследственности);
    • геология, минералогия, палеонтология, метеорология, физическая география;
    • астрономия, космология, астрофизика, астрохимия.

    Конечно же, здесь перечислены лишь основные естественные , на самом же деле современное естествознание представляет собой сложный и разветвленный комплекс, включающий сотни научных дисциплин. Одна только физика объединяет целое семейство наук (механика, термодинамика, оптика, электродинамика и т. д.). По мере роста объема научного знания отдельные разделы наук приобрели статус научных дисциплин со своим понятийным аппаратом, специфическими методами исследования, что зачастую делает их трудно доступными для специалистов, занимающихся другими разделами той же, скажем, физики.

    Подобная дифференциация в естественных науках (как, впрочем, и в науке вообще) является естественным и неизбежным следствием всё более сужающейся специализации.

    Вместе с тем также естественным образом в развитии науки происходят встречные процессы, в частности складываются и оформляются естественно-научные дисциплины, как часто говорят, «на стыках» наук: химическая физика, биохимия, биофизика, биогеохимия и многие другие. В результате границы, некогда определившиеся между отдельными научными дисциплинами и их разделами, становятся весьма условными, подвижными и, можно сказать, прозрачными.

    Эти процессы, приводящие, с одной стороны, к дальнейшему росту количества научных дисциплин, но с другой — к их сближению и взаимопроникновению, являются одним из свидетельств интеграции естественных наук, отражающей общую тенденцию в современной науке.

    Именно здесь, пожалуй, уместно обратиться к такой занимающей, безусловно, особое место научной дисциплине, как математика, которая является инструментом исследования и универсальным языком не только естественных наук, но и многих других — тех, в которых можно усмотреть количественные закономерности.

    В зависимости от методов, лежащих в основе исследований, можно говорить о естественных науках:

    • описательных (исследующих фактические данные и связи между ними);
    • точных (строящих математические модели для выражения установленных фактов и связей, т. е. закономерностей);
    • прикладных (использующих систематику и модели описательных и точных естественных наук для освоения и преобразования природы).

    Тем не менее, общим родовым признаком всех наук, изучающих природу и технику, является сознательная деятельность профессиональных работников науки, направленная на описание, объяснение и предсказание поведения исследуемых объектов и характера изучаемых явлений. Гуманитарные же науки отличаются тем, что объяснение и предсказание явлений (событий) опирается, как правило, не на объяснение, а на понимание реальности.

    В этом состоит принципиальное различие между науками, имеющими объекты исследования, допускающие систематическое наблюдение, многократную опытную проверку и воспроизводимые эксперименты, и науками, изучающими по сути уникальные, неповторяющиеся ситуации, не допускающие, как правило, точного повторения опыта, проведения более одного раза какого-либо эксперимента.

    Современная культура стремится преодолеть дифференциацию познания на множество самостоятельных направлений и дисциплин, в первую очередь раскол между естественными и гуманитарными науками, явно обозначившийся в конце XIX в. Ведь мир един во всем своем бесконечном многообразии, поэтому относительно самостоятельные области единой системы человеческого знания органически взаимосвязаны; различие здесь преходяще, единство абсолютно.

    В наши дни явно наметилась интеграция естественнонаучного знания, которая проявляется во многих формах и становится наиболее выраженной тенденцией его развития. Всё в большей степени эта тенденция проявляется и во взаимодействии естественных наук с науками гуманитарными. Свидетельством этому является выдвижение на передний фронт современной науки принципов системности, самоорганизации и глобального эволюционизма, открывающих возможность объединения самых разнообразных научных знаний в цельную и последовательную систему, объединяемую общими закономерностями эволюции объектов различной природы.

    Есть все основания полагать, что мы являемся свидетелями всё большего сближения и взаимной интеграции естественных и гуманитарных наук. Подтверждением тому служит широкое использование в гуманитарных исследованиях не только технических средств и информационных технологий, применяемых в естественных и технических науках, но и общенаучных методов исследования, выработанных в процессе развития естествознания.

    Предметом настоящего курса являются концепции, относящиеся к формам существования и движения живой и неживой материи, в то время как законы, определяющие ход социальных явлений, являются предметом гуманитарных наук. Следует, однако, иметь в виду, что, как бы ни различались между собой естественные и гуманитарные науки, они обладают общеродовым единством, каковым является логика науки. Именно подчинение этой логике делает науку сферой человеческой деятельности, направленной на выявление и теоретическую систематизацию объективных знаний о действительности.

    Естественно-научная картина мира создается и видоизменяется учеными разных национальностей, среди которых и убежденные атеисты, и верующие различных вероисповеданий и конфессий. Однако в своей профессиональной деятельности все они исходят из того, что мир материален, т. е. существует объективно вне зависимости от изучающих его людей. Заметим, однако, что сам процесс познания может оказывать влияние на изучаемые объекты материального мира и на то, как представляет их себе человек в зависимости от уровня развития средств исследования. Кроме того, каждый ученый исходит из того, что мир принципиально познаваем.

    Процесс научного познания — это поиск истины. Однако абсолютная истина в науке непостижима, и с каждым шагом по пути познания она отодвигается дальше и глубже. Таким образом, на каждом этапе познания ученые устанавливают относительную истину, понимая, что на следующем этапе будет достигнуто знание более точное, в большей степени адекватное реальности. И это еще одно свидетельство того, что процесс познания объективен и неисчерпаем.